ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  2. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  3. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  4. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  5. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  6. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  7. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  8. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  9. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  10. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  11. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления


Трем волонтерам фонда «Страна для жизни» предъявили обвинение по статье о финансировании деятельности экстремистского формирования. Об этом сообщает лишенный регистрации ПЦ «Весна».

Фото с сайта spring96.org
Фото с сайта spring96.org

37-летнюю Марину Дубровскую, 41-летнего Антона Сташевского и 46-летнюю Юлию Сырых задержали в Минске 9 июля. Также с ними была задержана 44-летняя Татьяна Островская.

12 июля Дубровской, Сташевскому, Сырых предъявили обвинения по ст. 361−2 Уголовного кодекса (Финансирование деятельности экстремистского формирования). Правозащитники предполагают, что им вменяют часть вторую этой статьи (Финансирование, совершенное группой лиц), санкция этой нормы предусматривает до восьми лет лишения свободы.

Волонтеры сейчас находятся в СИЗО на Володарского, им продлили арест на 2 месяца.

Как отмечают в фонде, волонтеры «формировали передачи для политзаключенных и никаких денежных средств не собирали».