Корреспондент Ukrainian Witness съездил в лагерь для военнопленных и поговорил с тремя беларусами, воевавшими за российскую армию, заметил телеграм-канал «Витебск, я гуляю!».
«Все мы расходники»
49-летний уроженец Мостов Иван Шабунько подрался в Санкт-Петербурге с двумя сотрудниками полиции. Говорит, грозило до семи лет. Чтобы не идти в тюрьму, подписал контракт с Минобороны РФ. Через три дня обучения на полигоне в Шебекино Белгородской области РФ группу, в которой находился Шабунько, перебросили в Волчанск.
«На агрегатном заводе я побыл полтора суток. Из нашей группы в 11 человек в живых остались четверо, нас взяли в плен», — рассказывает военнопленный.
На вопрос, какая страна ему ближе — Россия или Беларусь, Шабунько ответил так:
«Я не разделяю Россию и Беларусь. Для меня это одно и то же. Я родился в СССР. Я мыслил совершенно по-другому в тот момент. В медиа четко говорилось, что все хорошо, все, наоборот, хотят воссоединиться. Осталось там чуть-чуть, и Украина будет снова с Россией. Но это получилось полным бредом. Когда я попал на „передок“, я увидел, что все идет совершенно по-другому. Все разрушено, все поломано. Кругом смерть. Все мы расходники, кто здесь [на войне] находится. Все мы расходники. Не только я. Все, кто сюда попал, мы расходники».
«Очень сложно и очень страшно»
24-летний уроженец Житковичского района Руслан Купрацевич поехал в российский Сургут работать закладчиком наркотиков. Говорит, в Telegram ему предложили за это хорошие деньги. Вскоре его арестовали и осудили на 14 лет строгого режима по статье о сбыте наркотиков.
Купрацевич рассказывает, что поначалу отказывался подписывать контракт, надеялся освободиться по УДО за хорошее поведение. Но началось сильное давление, на него постоянно составляли рапорты и отправляли в ШИЗО, при этом в колонию периодически приезжали вербовщики, и в итоге он согласился.
На позиции пробыл всего девять дней.
«Очень сложно и очень страшно. Я не был к этому готов», — рассказывает он о том, что увидел в Волчанске. Говорит, что кругом было много обгорелых тел, стоял трупный запах, голову невозможно было поднять из-за круживших дронов. Последние четыре дня он провел без еды и воды.
4 сентября 2025 года Купрацевич вышел на украинцев и сдался в плен. Парень говорит, что не надеется на скорое освобождение.
«Если у тебя нет российского гражданства, то тебя не обменивают», — говорит он, отмечая, что остается только «ждать окончания СВО».
«Лукашенко открещивается от нас»
Еще один пленный беларус — 54-летний бобруйчанин Сергей Тарасов — работал в Москве на стройке. Говорит, что пошел на войну после знакомства в сауне с российскими военными.
«Они позвали меня с собой», — просто объясняет он. Мотивацией была и возможность получить потом российское гражданство.
Тарасов сначала попал в учебную часть в Воронеже, где новичков две недели учили стрелять и штурмовать. Затем его перебросили в Купянск. Через полгода беларуса взяли в плен бойцы РДК.
«Мотивация за Россию, потому что я 1971 года рождения, родился в СССР. Для меня Россия — это та же самая Беларусь. Практически одна страна. Поэтому я не обманываю себя. Это моя страна, Россия, Беларусь — одна страна. И Украина для меня тоже одна страна. Я просто не знаю, почему развязана вообще эта война», — рассуждает он о том, что заставило его пойти на войну.
На вопрос, возможен ли вариант, что беларусские власти составят списки и обменяют своих граждан, Тарасов говорит, что не уверен:
«Лукашенко же открещивается, [говорит], что беларусы не воюют».
Представительница Координационного штаба по вопросам военнопленных Тамара Курушкина говорит, что «на сегодня в плену в Украине десятки лиц, которые являются гражданами Беларуси или этническими беларусами, но с российским гражданством». По ее словам, в списки на обмен российская сторона включает прежде всего тех, кого потом снова можно отправить в зону боевых действий.
По данным украинского государственного проекта «Хочу жить», как минимум 2342 гражданина Беларуси воевали или воюют против Украины, как минимум 314 из них погибли.